|
Сны
Сон I. О скоросшивателях.
Бесконечный, узкий коридор, стены окрашены грязно-серым, с зеленоватым оттенком.
С переменным успехом коридор освещают лампы дневного света разной яркости, установленные
вразнобой. То лунно-белые, то слегка желтоватые. Свет мерцает, постоянный гул от ламп.
По стенам коридора стоят облезлые шкафы со стеклянными дверцами и неоднократно покрашенные
сейфы бежевого, серого, оливкового цветов. На сейфах кое-где приклеены выгоревшие бумажки
с указанием ценности и ответственности.
Все, и сейфы, и шкафы завалено бумагами, папками, скоросшивателями, отовсюду торчат
пожелтевшие листы отпечатанного на машинке текста. Затхлый запах, ощущение постоянной
сырости...
Иду по коридору и вхожу в первую попавшуюся дверь. Там небольшая комната с окном, посередине
стоит письменный стол, по стенам шкафы, также заваленные бумагами. У входа два стула, ставлю
портфель на один из них, сам сажусь на другой.
За письменным столом сидит женщина лет пятидесяти пяти, в алом костюме (юбка и жакет),
неопределенного цвета блузке. Химическая завивка, волосы неестественные. Знаю априорно, что
женщина - психолог и счетовод.
Мы начинаем говорить. Дальше ничего не помню, просыпаюсь и понимаю, что в этом разговоре
узнал что-то для себя очень важное. Хочется жить дальше.
Сон II. О формочках для кекса.
Сон со сниженной яркостью, почти черно-белый.
Большой зал сложной планировки, в котором прошлой ночью была корпоративная вечеринка.
Все засыпано конфетти и обвешано серпантином, на полу пластиковая посуда. На столах кое-где
лужицы разных напитков, в воздухе легкий запах сигарет.
Я собираю со столов формочки для кексов (или, скажем, маффинов) - такие круглые, с волнистыми
краями. Формочки эти сделаны из какого-то тонкого черного пластика, они абсолютно одинаковые,
и я собираю их как пластиковые стаканчики, вставляя одну в другую. У меня в руке уже порядка
тридцати штук. Вся стопка очень смешно пружинит.
Внезапно я замечаю, что стопка увеличивается сама собой, как будто следующая формочка
отпочковывается от предыдущей, вылезает из нее. Словно коралл вырастает у меня на руке, стопка
растет, почему-то запомнил, что "новорожденные" формочки чистые и гладкие.
С ужасом бросаю это, выбегаю, сажусь в машину и пытаюсь уехать из района, где продолжаются
метаморфозы: меняются здания, растения, люди, все прорастает...
Въезжаю на спасительный, как кажется, мост, очень широкий, с трамвайными путями. По путям идет
женщина. Внезапно у женщины из затылка вырастает ярко синяя с желтым переливающимся узором
Раковина, которая прирастает к спине. Женщина становится похожей на улитку, но ноги ее
выгибаются вперед, она вся увеличивается в размерах.
Мужчина на другой стороне моста становится огненным изукрашенным крабом - его панцирь меняет
цвета: желтый, красный, оранжевый, фиолетовый... Очень страшно.
Оба эти существа становятся очень яркими, отросшие части светятся изнутри цветом и сильно
выделяются из всего сна.
Я в ужасе несусь дальше, машина исчезает, я лечу по воздуху, а за мной весь сходит с ума, все
превращаются в уродов. Я оказываюсь в помещении с очень высокими потолками и оштукатуренными
стенами, забиваюсь в верхний угол ее, пытаясь убежать от преследующего меня существа.
Это воздушный шарик, желтая пятиконечная звезда, с нарисованным лицом и красными щеками. К ней
привязана ленточка, которой она соединена с четырьмя или пятью такими же звездочками поменьше.
Я понимаю, что они постоянно размножаются, я понимаю, что мне нельзя ее касаться, но бежать
некуда.
Мир вокруг весь становится ЦВЕТНЫМ.
Просыпаюсь от страха безысходности.
Сон III. О колесе.
Сон короткий. Абсолютно черный фон, изредка на нем мелькают белесые всполохи.
Посередине вращается по часовой стрелке колесо без обода: только пять спиц, сделанных из
деревянных круглых палочек, и на конце каждой палочки на манер флажка укреплен острый треуголь-
ничек. Я знаю, что они очень острые, но они постоянно кажутся то жестяными, то стальными.
Треугольнички повернуты в сторону вращения.
Кажется, как будто колесо не просто вращается вокруг некоей оси, а катится по невидимой неровной
поверхности, потому что постоянно подпрыгивает. Над ним светится бело-желтое облако, меняющее
свою форму: то разбрасывающее искры, то похожее на корону, то на золотого орла.
Во время сна ощущение тревоги и любопытства.
Сон заканчивается, потом всю ночь ничего не снится.
Сон IV. О курьере.
Снится, что ночью встаю и иду на кухню попить воды. Электронные часы показывают 22:14, но кажется,
что уже намного позднее. За выходящим во двор окном кухни темно и безлюдно. Лежит снег и, похоже,
сильный мороз. Полное ощущение новогодней ночи.
На дорожке во дворе я вижу девушку в бейсболке с сумкой на боку. Она собирается уходить из двора и
машет рукой в сторону моего окна. Я уверен, что это моя старая знакомая и машу ей в ответ.
Она с удивлением поднимает глаза, я зову ее к себе. Она идет в сторону моего подъезда, но в какой-то
момент я теряю ее из виду.
Она так и не поднялась.
Сон V. О теплице.
Я иду по длинному коридору из старых, замшелых камней. По обе стороны имеются ниши, в которых
в горшках и ящиках растут странные растения: на твердых достаточно толстых стеблях длинной по 30-40
сантиметров находятся странные вытянутые пузырьки. Первая ассоциация - спаржа. Есть еще похожие
на стручки фасоли наросты, как кажется, полностью самостоятельные, хотя не имеют ни листьев,
ни корней. Все растения либо длебно-зеленые, либо прозрачные и хрупкие как стекло.
Внезапно в глубине коридора я вижу человека, который похож на обычного выпивоху из средней полосы.
Лет ему на вид около пятидесяти, волосы с проседью, мощное телосложение, давно не стиранные
тренировочные штаны и замасленная байковая рубаха в клетку. Я понимаю, что это хозяин теплицы,
хотя впечатления он не производит.
Мы с ним идем дальше по коридору и попадаем в круглую в плане комнату. На противоположной от входа
стороне расположено окно высотой во всю стену. Вдоль оставшихся стен из такого же замшелого камня
оставлены полоски земли шириной около полуметра, эдакие клумбы, в которых кое-где растут лианы и
вышеописанные растения. Садовник говорит мне вернуться в коридор, оторвать там кусок лианы и посадить
здесь. Я приношу плеть из стеблей и кладу ее на полоску земли, но Садовник ругается и утверждает,
что перед посадкой ИХ надо разделить. Я внимательно смотрю на то, чт опринес, и вижу, что это как
раз те самые стебли спаржи, но сросшиеся друг с другом узкими перемычками и у самого окончания стебля.
Я начинаю аккуратно разрывать эти перемычки и тыкать в землю каждый отдельный стебель. В процессе
этой работы я замечаю, что из под стены торчат уже почти засохшие такие же растения, и мне отчего-то
кажется, что земля движется под стену, поглощает старые посадки и требует новых...
Садовник приносит маленькую темную пластинку, на которой (если держать ее вертикально) в верхней части
растут два маленьких стебелька, совершенно прозрачных, больше похожих на лампочки с новогодней гирлянды.
Каждый прикрыт небольшим пластиковым экраночиком, очевидно от ветра и случайного воздействия. Садовник
говорит, что их нельзя поливать, что они и так хорошо растут, что это очень редкий вид...
На протяжении всего сна мне кажется, что я нахожусь в святая святых нашего мира, где вершатся
судьбы людей.
Сон обрывается.
Сон VI. Об Икарусе
Сон начинается как кусок реальной жизни, но с развитием становится все более сюрным.
Я возвращаюсь по 3му транспортному кольцу от кого-то, кто был должен мне деньги и этот долг только
что вернул. Со мной в машине двое моих друзей - реальные люди: Вадим, высокий кучерявый молодой человек
и Ира, девушка с длинными светлыми волосами.
Дорога свободна, я ищу свой съезд, но случайно сворачиваю не туда, на дорогу, ведущую с эстакады
3го кольца к какому-то строящемуся офисному центру. Влетев туда на хорошей скорости я вижу, что дорога
обрывается пропастью - она недостроена. Я пытаюсь развернуться, но съезд узкий, а отбойник - невысокая
металлическая труба; правые колеса соскальзывают вниз и вся машина падает с высоты около 15 метров.
Я слышу как Вадим произносит "Виртуоз!", потом неожиданно слабый удар - машина лежит на крыше на асфальте,
и мы с Вадимом как будто подпираем плечами машину, чтобы могла вылезти Ира, потом выбираемся сами.
От удара из машины выпадают вещи, и тут же вокруг появляются люди, которые пытаются что-то из этих вещей
быстро подобрать. Прямо передо мной человек в черной куртке трясет перед своим приятелем моими мобильным
телефоном, деньгами и ключами от машины. Я пытаюсь все это отобрать у него, он легко отдает мне
мобильник и ключи, но деньги из рук не выпускает. Я предлагаю все поделить.... и в этот момент во всю
толпу людей, стоящих вокруг места падения моей машины врезается огромный автобус "Икарус"... Я помню
только бело-зеленую краску, круглые фары и номер: вт 100 07регион.
Все исчезают, а я пытаюсь выбраться с места аварии, уйти куда-нибудь. Но мне везде попадаются люди,
которые видели, что за рулем был я, попадаются патрульные машины, которые спрашивают мои документы
и мне приходится убегать. Я совсем не представляю что делать и иду в какой-то район, который я считаю
Краснопресненским. Москва как всгеда прекрасна, но перед глазами у меня номер автобуса. Я подхожу
к парапету высокой набережной реки и вижу, как от расположенной прямо подо мной пристани отходит
трехмачтовый корабль с названием "Фрегат". На одном из стекол краской написано, что он идет в Ригу,
на палубе играет песня в духе Ободзинского, и эта песня почему-то вселяет в меня какую-то надежду...
И иду дальше и вижу высокий мост через реку. Я тут же узнаю его - это тот мост, с которого я упал
в прошлом кошмарном сне. Сделав пару шагов на него я тут же разворачиваюсь и ухожу. В стороне от моста
расположен небольшой парк, тесноприжатый к краю набережной. Парк выглядит очень заросшим, вокруг плетистые
колючие растения. Там и сям сидят обтрепанные молодые люди, которые читают стихи вслух. Один из них
встает прямо передо мной и начинает что-то декламировать. Я пытаюсь оттуда уйти, но попадаю в небольшую
комнату, в которой оказывается яхт-клуб. Там я встречаю знакомую девушку имени и лица которой не помню,
всю в браслетах, ярких украшениях, ленточках и рассказываю ей всю историю. Она не верит мне. Тогда я беру
горсть тонкого песка из ящика на котором мы сидим и рассыпаю его по полу - песчинки образовывают номер
автобуса: вт 100 07регион.
Я делаю это еще раз и еще раз и получаю тот же результат.
Девушка жалеет меня и приглашает в какой-то конференц зал, где проходит собрание их яхт клуба. Но вместо
трибуны появляется фотограф с камерой на штативе и начинает по очереди снимать всех присутствующих, каждого
по два раза. Один раз я моргаю, и он спрашивает "Это было?". Я отвечаю "По-моему, да", встаю с места
и подхожу к окну.
Я вижу Москва-реку, по которой плывет автобус. Присмотревшись, я замечаю, что на самом деле он едет
по песку, а вся река - это узкая полоса пляжа и моря, окаймленная гранитом набережной. Пляж заканчивается
длинной отмелью, вот передние колеса въезжают на нее, вот уже почти весь автобус на треть колеса стоит
в волнах. Открываются двери и из них начинают появляться люди, ныряющие в воду прямо со ступеней.
Их немного, и несмотря на мелкую воду они не всплывают.
Я просыпаюсь и понимаю, что видел самый страшный кошмар в моей жизни.
Сон VII. О статуетке.
Сон очень реален и отчетлив - я ношу свою реальную одежду, при мне все мои вещи. Почему-то у меня нет
никакой сумки, а теплую шапку, перчатки, запасные носки я ношу в рваном полиэтиленовом пакете. При мне
два мобильных телефона.
Я нахожусь в огромнов торговом центре европейского типа, с большой широкой лестницей. Я иду по ней
все время вниз , но попадаю всегда только на первый этаж. Однажды я даже преследовал там какую-то
пожилую женщину в белом пальто. Я прыгаю через ступеньки, иногда даже падаю сразу на несколько этажей
вниз, но она исчезает из виду. Я ухожу на первый этаж.
Видимо, это выходной день и большая часть павильонов закрыта. В самом центре этажа выгорожен кусочек
территории с прилавками, за которыми торгуют (мне так кажется снаружи) школьными принадлежностями.
Я захожу внутрь.
На поверку павильон оказывается антикварной лавочкой. По стенам - темного дерева стеллажи с обтрепанными
корешками книг и расставленными перед ними мелочами. На полу что-то навалено, стоят картонные коробки
с книгами. И на одной таких коробок стоит статуетка - фарфоровый некто Оглодов и подпись "Басни Андреева".
Статуетка изображает маленького злого человека с растрепанной шевелюрой, острым носом, одет он в
николаевский мундир.
Очевидно, что его поставили здесь случайно - не захотели покупать. Мой отец коллекционирует подобные
вещи, я беру фигурку в руки и тут же меня накрывает сильное желание ее украсть. Я отхожу к одному из
шкафов, ставлю его на полку так как мне неудобно держать в руках все и еще и звонить по телефону.
В телефоне не оказывается номера отца.
Должен заметить, что в лавочке интересные посетители - создается ощущение, что я нахожусь в лучшем
случае на книжном развале под открытым небом: толстые неопрятные женщины, несколько разношерстных
покупателей. На банкетках у стен сидят бомжи со своими собаками, но я не чувствую к ним неприязни.
Я прохожу во вторую комнату, держа статуетку в руках и пытаюсь дозвониться в семью. Ни в одном из моих
телефонов не оказывается ни одного номера, который мне нужен. Все это время я прижимаю статуетку к груди,
и вдруг замечаю что она изменилась. Тот же человек теперь изображен нищим, в дырявой шинели с облезлым
и свалявшимся воротником, а на его лице больше морщин. Я пытаюсь уложить все свои вещи в карман,
потому что хочу освободить руки, и мои карманы постепенно становятся все больше - то, что в них раньше
не влезало теперь свободно помещается.
Во второй комнате есть дверной проем без двери, над ним - распечатанная на принтере табличка: совершенно
бесплатно опытный специалист побеседует с вами о том, что вас беспокоит. Я заглядываю туда и вижу
обычный офис, где за столом сидит некрасивый шустрый молодой человек и о чем-то говорит с клиентом -
толстым рыжим мужчиной лет 30 с лишним; они говорят о засилье блондинок на ТВ. Мне там нечего делать,
я не вхожу в комнату и сажусь на табуретку у входа. Неприятное ощущение, будто бы я подслушиваю, хотя
ничего и не слышно. Постепенно офис заполняется невесть откуда взявшимися аккуратно одетыми мужчинами
в костюмах - я буду называть их "пиджаками". Пиджаки поддерживают беседу и внезапно все исчезает.
Я замечаю, что в магазине уже совсем нет посетителей и собак, исчезли пиджаки. Все, кроме одного.
Он подходит ко мне и о чем-то спрашивает, а я начиаю с жаром доказывать свою точку зрения. Потом вспоминаю,
что я здесь не для этого и говорю ему о статуетке.
- Скажите пожалуйста, во сколько вы оцениваете эту статуетку?
- О, молодой человек, вопрос выдает в вас ценителя. Я не знаю сколько они за нее просят. Может 1000,
а может и все 300 рублей.
- Ну что вы, она стоит дороже. Минимум 2500. Вы посмотрите на нее...
Статуетка в моих руках изображает все того же человека, но на нем треуголка с пером, а в руках - огромная
пика. Пиджак исчезает, я прижимаю статуетку к себе.
Перед тем, как открыть глаза я плотно сжимаю кулак левой руки, который прижимаю к животу. Он пуст.
ПРИМЕЧАНИЕ: "Басни Андреева" и "Оглодов", похоже, никогда в литературе не существовали. Но я отчетливо
помню названия, они были написаны на самой статуетке. |
